Василий Мичков

Чисто. Чисто во всех смыслах. В человеческом особо. С достоинством. Честью. Честно. Служением честно. Стремлением честно. Искренним. Взаправдашним. Подлинным. Настоящим. К обязательному образованию. К языкознанию. К литературе. К науке. К миру. Какая устремленность в мир. В его разнообразие. Откровение. Сколько истинного благородства. Порядочности. Выправки сколько. И в отношение к людям. И к морю. И к кораблю. И к судьбе. И к вере. Сколько правильности и праведности. И сколько дисциплины.
читать дальше

У Зельфиры Исмаиловны терпкий такой голос, бархатный, грудной... И требовательный, что важно — сильный, безапелляционный. Это когда встречей в фойе — вдруг — от альбомов. И совершенно в новом пространстве, где воздуха много. И крыльев. И выси (как в Хельсинки тогда). И таланта в нем много — того, что энергией. Элитарной — от присутствия, от бытия. Как в Prado с Босхом. И здесь — в не фигуративном — от качества субстанции что ли, от вибраций, токов. От судеб: Казимира, Филонова, от Василия Васильича...
читать дальше

Он не чувствовал себя гостем. Не робел. Он знал себе цену. И эта уверенность есть и в кадре, элитарность этакая — в мягкости. Когда все на полутонах. В такой многослойности существования. И в общей пляске кинематографического карнавала: с одной стороны все документально должно быть неопровержимо, и здесь художники — во славу, вот так создавая корпускулярно среду обитания, вот так чтобы звучало все и пенилось, чтобы раскрашено было, и ритмически как бы рассредоточено, и в облаке...
читать дальше

Град был. Уже на Садовом. На восемнадцатом. Да так, что с дождем. И хлестко. По башке. Не крадучись. И ветер был. Что влет. Из просторов. И солнце — было. Изредка «из-за туч». Солнце, что больше бога порой. Ныне для 15-ти с половиной тысяч. Что за шагом — шаг. За спиной — спина. За судьбой — судьба. И особо для тех не бедных африканцев, у коих бог — и в солнце, и в ногах. Или черт. Лупят как из преисподней, ну, право. Или вот как этот наш 80-летний, ох, не старик, что за два с небольшим часа...
читать дальше

Ну впереди планеты. Ну точно. Ну можно не сомневаться. Вот в этом едином и целостном, что Шарон. Из осмысления, из переживания, из вовлеченности. Чтобы вот так создать сценическое тело, так изобресть его, так отакупунктировать. И так совладать с таким многоликим, многовекторным «шивой». Абсолютно барочной техникой, когда каждый жест - в Откровение. И Состоянием, что неподдельно. Разяще. Исключительно. Это надо вот так мыслить вместе, это надо вот так дышать вместе, чтобы о самом...
читать дальше